Контактный телефон:
+7 925 517 2846

Испания » Искусство » Живопись » Хуан де Вальдес Леаль


Хуан де Вальдес Леаль (исп. Juan de Valdés Leal, 4 мая 1622, Севилья – 15 октября 1690, там же) — испанский художник, график, скульптор и архитектор эпохи барокко.

Испанский художник, сын португальского ювелира, Фернандо де Ниша, и испанки из Андалусии, Хуан де Вальдес Леаль вошел в историю искусства под именем своей матери.

Он учился в Кордове, где жила его семья и где он познакомился с Антонио де Кастильо, влиянием которого отмечены его первые работы. Его также привлекало искусство Эрреры Старшего, энергия которого совпадала с его собственным художественным темпераментом («Святой Андрей», 1649, Кордова, церковь Сан-Франсиско). Женившись в Кордове в 1647, он возвратился в Севилью до 1656.

Самым значительным произведением Вальдеса Леаля этого раннего периода является большой цикл «История святой Клары», исполненный в 1653-1654 для монастыря в Кармоне (ныне - Севилья, Музей изящных искусств, и частные собрания); с наибольшей силой индивидуальность мастера выразилась в динамизме некоторых сцен.

В 1657 Вальдес Леаль получает заказ от монастыря иеронимитов Буэнависта, близ Севильи, на цикл картин из жизни святого Иеронима и большие фигуры монахов-иеронимитов; над этими картинами он работал несколько лет. Сцены из жизни святого (Севилья, Провинциальный музей изящных искусств) отмечены богатством колорита.
Несмотря на кажущуюся небрежность рисунка, фигуры монахов (ныне - Мадрид, Прадо, и музеи Севильи, Гренобля, Дрездена, Майнца и др.) поражают своей индивидуальностью («Брат Атанасо из Оканья», Гренобль, Музей изящных искусств; «Брат Хуан де Ле-десма», Севилья, Провинциальный музей изящных искусств).
В 1658 художник начинает большой алтарь для монастыря кармелитов в Кордове, очень барочный по духу (сцены из жизни святого Илии, бюсты святых и отрезанные головы мучеников).

В 1660 он оказывается одним из основателей Академии в Севилье (совместно с Мурильо), а в 1664 становится её президентом.

В этом же году он отправляется в Мадрид, где знакомится с колосивскими коллекциями и сближается с художниками мадридской школы.

В 1671, по случаю празднования канонизации святого Фернандо, Вальдес Леаль создает пышную декорацию в севильском соборе. В следующем году вместе с Мурильо он работает в госпитале Ла Каридад в Севилье, основанном доном Мигелем де Маньяра (портрет которого художник написал); здесь он пишет свои шедевры, в частности знаменитые «Иероглифы смерти», свидетельство макабрического реализма в самом мрачном его проявлении.

В 1674-1676 он исполняет цикл «Жизнь святого Игнатия» (Севилья, Провинциальный музей изящных искусств), работа поспешная, очень неровная, часто небрежная, но в ней проявляется яркая оригинальность художника.

Современник Мурильо, Вальдес Леаль был по духу прямо противоположен ему. Равнодушное к физической красоте, к соблазну созерцания тела, его искусство пронизано драматизмом и экспрессией; передача движения и патетического напряжения в их динамизме интересуют его гораздо больше, чем равновесие и гармония («Шествие на Голгофу», там же; «Освобождение святого Петра», Севилья, собор). Образы Марии обладают замечательным пластическим богатством, но никогда не достигают красоты или элегантности Мурильо или Антолинеса («Мадонна ювелиров», Кордова, Провинциальный музей изящных искусств; «Успение Марии», Вашингтон, Национальная галерея; «Непорочное зачатие», 1661, Лондон, Национальная галерея). Вместе с тем художник обладал исключительным даром изображения конкретной реальности вещей: он исполнил замечательные натюрморты на тему «ванитас» («Ванитас», 1660, Хартфорд, Уодсворт Атенеум).

В двух больших картинах из госпиталя Ла Каридад («Finis Gloriae Mundi» и «In ictuoculi») макабрический характер темы достигает своего пароксизма. Исключительно самобытный и страстный, Вальдес Леаль не имел учеников, за исключением своего сына Лукаса, который закончил некоторые его работы. Родился художник 4 мая 1622 года в Севилье, умер там же 15 октября 1690 года.
Художницей была также его жена, живописцами стали сыновья и дочери.

Живописец имел склонность к драматическим сюжетам. В его работах, в отличие от позитивного настроя картин Бартоломео Эстебана Мурильо, господствующими были мистические настроения испанского католицизма, темы разочарования и уныния, характерные для кризисной эпохи позднего испанского барокко.

В церкви Госпиталя Братства Милосердия Господня в Севилье хранится работа художника, которая послужила основой для самого известного его натюрморта. К сожалению, холст был обрезан в верхней части, а изображение фигуры смерти в виде скелета, держащего косу и гроб, было записано. По видимому, последний владелец полотна, исходя из личных предпочтений, связанных с негативными ассоциациями восприятия образа смерти, заказал художнику записать изображение скелета. В результате чего были утрачены основные смысловые звенья работы.

Не вошла в композицию и надпись на латинском языке: In Ictu Oculi (В мгновении ока). Эта надпись дает название самой картине, а так же и ее повторению. Подобные цитаты можно часто встретить на полотнах жанра Vanitas. Фраза «В мгновении ока» неоднократно цитируется в Библии и является указанием на отрезок времени, практически не имеющий длительности. Он относится, как правило, к событиям, совершающимся по воле Господа и происходящим в особом измерении времени. Так, Апостол Павел предвещает день последнего Суда: «Говорю вам тайну: не все мы умрем, но все изменимся вдруг, во мгновение ока, при последней трубе» (1 Кор., 15:51–52).

Текст помещался в красивом картуше или был тщательно выписан на ветхом листе бумаги (древность становилась синонимом достоверности). Иногда он был помещен на раскрытой странице старинного тома или составлял заглавие как бы случайно брошенной книги. На полотне Вальдеса Леаля надпись располагается в виде сияния над свечой в канделябре, которую смерть собирается затушить.

Каждый предмет на картине соответствует её названию. «Случайные» россыпи старых книг – символизируют уже ушедшее время. Папская тиара, митра епископа с жезлом, императорская и королевская короны, цепь ордена Золотого руна, собранные вместе, означают власть, как церковную, так и светскую, которую с собой в иную жизнь не возьмет никто. Свеча – символ угасающей жизни, шпага и доспехи напоминают нам о том, что и оружие не может защитить от смерти, даже глобус – символ Земли – олицетворяет неизбежность конца на нашей планете. Таким образом, все в работе несет глубокий философский смысл и призывает человека задуматься о тщетности бытия и скоротечности жизни.

Традиции караваджизма ощутимы и в испанском натюрморте с его любовью к отточенной пластике формы, выявленной контрастами светотени. Изображения вещей (часто обыденных) в испанском натюрморте отличаются скромной строгостью и особой значительностью, отрешенностью от быта. Именно поэтому здесь особую популярность приобрел вид натюрморта под названием «Vanitas» (от лат. «Vanitas vanitatum» – «Суета сует»). «Vanitas» буквально означает «пустота», «тщетность», «бесполезность». Натюрморты с таким названием носят аллегорический характер, олицетворяющий быстротечность всего земного и неизбежность смерти. Vanitas есть суетность в смысле эфемерности и тщеты земных богатств и удовольствий. В экспозиции музея находится натюрморт жанра Vanitas «В мгновении ока», выполненный художником круга Хуана де Вальдес Леаля.

Испанское искусство:

Живопись
   Музеи
   Художники
   Репродукции:
   XIV - XVI вв.
   XVII - XVIII вв.
   XIX в.
   XX - XXI вв.
Скульптура   
 Скульпторы
 Фотоальбом скульптуры:
   XV - XVIII вв.
   XIX в.
   XX - XXI вв.
Архитектура
  Архитектурные стили
   Архитекторы
   Фотоальбом:
   XV-XVII вв.
   XVIII в.
   XIX в.
   XX - XXI вв.

Историческая справка
Испания



Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика